На днях в Киеве состоялась презентация нового журнала «Спільне», посвящённого криминализации социальных проблем. Для читающих на украинском языке журнал представляет, на мой взгляд, несомненный интерес. Ниже приведена одна из его интереснейших статей.

Чем пахнет социология?

Александр Панов

Когда-то давно известный итальянский детский писатель и журналист Джанни Родари написал стихотворения о том, чем пахнут и какого цвета ремесла. Очень близко им по духу стихотворение «Кем быть?» Владимира Маяковского.

Сейчас по таким произведениям уже можно начинать восстанавливать социальную историю эпох, в которые они писались и усердно читались (благо эпохи эти уже успели обрасти изрядным количеством мифов, вследствие чего нуждаются в демифологизации и научном осмыслении). Ведь если вооружиться постфрейдистским тезисом о том, что всю культуру того или иного общества можно в концентрированном виде прочитать через принятые в нем практики воспитания детей (такой подход был особо популярен в американской культурной антропологии как раз во времена Маяковского и Родари), то эти стихи следует рассматривать как источник, своего рода культурный артефакт.

Если обратить внимание на содержание стихов Маяковского и Родари, то и там и там, среди воспеваемых образов вы не обнаружите такой фигуры, как, например, социолог, философ или психолог. Конечно, это детские стихи, которые, в первую очередь, должны были быть понятны детям и говорить на понятном им языке. И, тем не менее, включить туда образ ученого, без определения его точной деноминации, было вполне возможно. Не все представленные там профессии пролетарские, есть и интеллигенция. У Маяковского – инженеры и врачи, у Родари – тоже есть «доктор в халате с лекарством приятным». Но вот ученых нет…

Между тем, именно интеллектуал из области общественных (и некоторых смежных с ними естественных, например, этологии) наук (или дисциплин – кому как нравится) становится, начиная с конца 60-х одной из самых популярных «левых» профессий.Это отнюдь не означает, что все социологи и философы окончательно и бесповоротно полевели, но без них левое движение, как на Западе, так и у нас, представить себе теперь уже невозможно.

Поэтому, будь Владимир Владимирович Маяковский нашим современником, наверняка посвятил бы в своем стихотворении пару строк о социологах и антропологах, а Джанни Родари крепко призадумался бы над тем, чем социология пахнет.

В решении этой непростой творческой задачи ему вполне смог бы помочь сборник статей, выпущенный Центром независимых социологических исследований «Уйти, чтобы остаться: социолог в поле» под редакцией Виктора Воронкова и Елены Чикадзе. Особенно радует тот факт, что сей центр является в определенной степени действительно независимым. По крайней мере, достаточно независимым, чтобы в открытую критиковать «вождя» официальной РАНовской социальной антропологии академика Валерия Тишкова, называя его «верандным антропологом» за применение уже давно устаревших методов сбора информации и абсолютизацию сделанных с их помощью выводов. Следует сказать, что даже такая осторожная и мягкая по стилю критика в его адрес в наших академических кругах не практикуется уже достаточно давно. Поэтому данное издание уже можно назвать в некотором роде новаторским.

Представленные в сборнике десять очерков посвящены размышлениям современных отечественных социологов/антропологов (эти специальности являются настолько близкими, что далеко не все исследователи могут теперь четко объяснить разницу между ними, а авторы статей рассматриваемого сборника вообще уходят от этой дивизионистской традиции, декларируя нерелевантность данного вопроса для целей, преследуемых публикацией данной книги) о практике полевых исследований. То есть объектом исследований здесь становится не та или иная социальная группа или социальная реальность, а сама методология полевой работы.

Круг проблем, представленных в статьях, достаточно широк. Это как трудности технического характера (проблема вхождения в поле, сохранения объективности, методы фиксации материала, поведения исследователя в полевых условиях и пр.), так и размышления о профессиональной этике исследователя (как представлять себя информантам, возможно ли скрывать истинные цели своего с ними общения, допустимо ли говорить неправду, или «не всю правду» и т. д.) и критерии научности полученных сведений (баланс между знанием научным и обыденным, отношения между субъектом и объектом исследования, способы ухода исследователя от стереотипизации наблюдаемой социальной реальности и пр.). В отличие от ранее издававшихся узкоспециализированных учебных пособий, посвященных методике социологических исследований, написанных сухим языком, данная книга, напротив, представляет образец сбалансированного сочетания серьезных размышлений над различными аспектами профессиональной деятельности социолога-полевика с примерами и случаями (зачастую, забавными и парадоксальными) из их повседневной рабочей практики, вследствие чего будет интересна даже человеку весьма далекому от социологии. Так, например, отрывки из полевых дневников исследователей, фиксирующие опыт попрошайничества в одном из подземных переходов Петербурга, или курение «травы» в компании сочинской молодежи могут как позабавить рядового читателя, так и натолкнуть профессионального социолога на мысль о необходимости бережного ведения таких дневников, а воспоминания о полевой работе в учреждениях, занимающихся реабилитацией и адаптацией к нормальной жизни нищих и бездомных в США, дают некоторые представления о плюсах и минусах тамошней социальной политики. От среднерусских деревень до сибирских экопоселений, от «кавказских» рынков до блошиных, от сообществ людей, живущих с ВИЧ / СПИДом, до молодежных компаний, потребляющих наркотики, от профессиональных нищих до профессиональных получателей социальных пособий – все это затрагиваемые авторами сборника грани социальной реальности, которую следует изучать для того, чтобы иметь возможность изменять мир к лучшему, или хотя бы иметь о нем четкое и адекватное представление.

Как-то во время учебы в университете, на лекциях по истории социальной антропологии, наш преподаватель провел такую интересную параллель: если в нашей стране антропология всегда была, как правило, наукой «правой», то на Западе она была «левой». Вряд ли можно говорить, что рецензируемая книга является в прямом смысле «левой» и свидетельствует о полевении отечественной социологии, но тот факт, что у нас завоевывает популярность традиция качественных социальных исследований с присущими им духом авантюризма, жаждой к критическому анализу, стремлением к саморефлексии, готовностью отказаться от всех обветшалых догм и стереотипов и интересом к конкретному человеку или конкретному сообществу, не может не радовать.

В некотором роде эта книга – о современных российских социологах/антропологах, написанная от первых лиц. Своеобразный «манифест» полевой социологии. Социологии, у которой нет одного постоянного запаха, ведь она не сводится лишь к кабинетной работе и обработке статистических материалов. В зависимости от ситуации она может пахнуть общественными уборными и коровьим навозом, несвежим бельем и немытыми телами, дешевым алкоголем и легкими наркотиками, больничными палатами и скошенной травой, а также тысячей других запахов, в том числе и теми, о которых когда-то так талантливо и просто написал Джанни Родари.